«Губернатор открытку шлет, да и дочка не оставляет»
Надежда Павленко. Фото: Лещинская Юлия //

Надежда Павленко. Фото: Лещинская Юлия // "Русская планета".

РП побывала в гостях у труженицы тыла, награжденной медалью «За доблестный труд в Великой Отечественной войне 1941-1945 гг.»

Жительнице Омской области Надежде Павленко в этом году исполняется 88 лет. 50 из них трудового стажа. Померла бы давно, уверена она, но «так хочется в бане помыться, попариться, чтоб тепло-тепло стало».

Подойти к дому, в котором живет труженица тыла, трудно. Дом № 16 на улице Ленина в селе Харламово Таврического района стоит накренившись уже седьмой десяток лет. Колея от провалившейся машины в снежный наст такая, что ощущение, будто карабкаешься к вершине горы. А вот и горы, правда, всего лишь золы.

Домик, вросший в землю, смотрит половинками окон (остальные прикрыты картонными коробками для тепла) на особняки. Они строятся напротив — крепкие, основательные, покрытые разноцветным облицовочным кирпичом.

Дом Надежды Исаевны Павленко. Фото: Лещинская Юлия // «Русская планета»

– Кому мы, старики, нужные? — вздыхает Надежда Исаевна. — Но грех жаловаться, на 9 мая открытку сам губернатор Виктор Назаров шлет, да и дочка Валя меня не оставляет. Нынче, вообще, что удумала, специально в город ездила памятник фотографировала труженикам тыла — о тебе, говорит, память на века, а ты и не видала его ни разу. Вот ведь затраты какие — красоту какую выстроили, не забывают нас.

Надежда Исаевна, как обычно, на лавочке. С утра наколола дров, навозила в дом, теперь на солнышке охлаждается.

– Ужарилась, пока колола. Так и греюсь, за ночь-то намерзнусь. Хоть одежу, в которой хожу, не снимаю — уж, когда мылась и не помню, и платок поверх теплый одеваю, а все одно мерзну. Теперь вот хорошо. А в бане в 1986 году последний раз была, еще сам живой был.

– Сам — это отец, — объясняет 67-летняя дочь Валентина. — Умер, сердце не сдюжило, когда хворать начал. Привык сильным быть, фронтовик, всю войну прошел без единого ранения, а ведь и на передовой приходилось бывать, генерала возил известного. После войны в совхозе работал, почти сорок лет газик водил. На уборке, на посевной первый всегда был. А уж машину свою как любил, птичкой называл. Как подошло время ее списывать да в утиль сдавать, не поверили проверяющие, что больше, чем полвека, отходила.

Почти в темноте спускаемся куда-то вниз — пол просел, полусгнившие доски опасно торчат то тут, то там. Натыкаюсь на столб, оказывается, подпорка, чтоб потолок не упал. Холодно. Печь топится один раз в сутки:

– Больно много топлива уходит — дом-то худой весь. С каждой пенсии дрова, уголь покупаю, а все мало. Да уж привыкла: днем не околеешь, а ночью под одеялами как-нибудь.

Стены давно не белены, в трещинах. Огонь из печи так и бьется в щели, которых полно. Из благоустройства —  железный кран на стене, на него надет шланг.

– Воду провели. С пенсии, она у меня 10 тысяч, по рублю складывала. Теперь в рукомойник можно прямо с крана наливать, не надо за две улицы воду таскать, а уж как мне, да еще по грязи, так это прямо мука была. Но лучше не наливать — канализации-то нет. А ведра таскать тяжело. Спать ложиться буду — руки помою. Сейчас, сказали, газ поведут — не надо будет печку самим топить, так это сто тысяч рублей, где такие деньги взять? Но мне переживания мало, в мою хижину не поведут — по нормам не подходит, больно ветхая. Да крысы еще эти.

– Ты, мам, на крыс не греши, они, конечно, нор нарыли таких, что сквозняки гуляют, и дома находиться страшно, но пока только они нам и помогают, — кричит из комнаты дочь Валентина.

Она старшая и единственная из пятерых детей, кто навещает мать-героиню 2 степени Надежду Исаевну.

– Больше некому, — говорит Валентина Николаевна. — Саша погиб 10 лет назад, Вася — инвалид, себя не помнит, Владимир только с Украины переехал, самому бы кто помог, Сергей где-то в Омске, вестей от него давно нет. Одна я тут. Приходится в этом сарае жить. Сама-то я в городе прописана, на заводе радиотехником работала, там и общежитие дали, девять метров. Мама в город не хочет, да и куда? А дом ее отремонтировать мне не по силам. Вот перебиваемся, как можем.

Фото: Лещинская Юлия // «Русская планета».

– Да ты не подумай, что жалуемся, — продолжает Надежда Исаевна. — Живу давно, всякие времена застала, а шибко хорошо никогда не было. Работать с 14 лет начала. Ребятишек нас трое было, я старшая. Отец в 1941-м на фронт ушел, да там и полег. Грузчиком на кирпичном заводе работала, сырец, не обожженный,  в печь ставила. Сверху холодно — кто б его в ту пору топил, завод-то, с печи жар, а ноша-то не по силам. Худая я была, звонкая. А после еще хуже стало — в 1943-м году поездом отправили в Свердловск на лесозаготовки. На голую кочку высадили, одни бабы, человек 30, я сама младшая. Чуть не год в землянке жили, что сами в мороженой земле вырыли. План по заготовке леса выполняли. Болела я, правда, шибко, думали, чахоточная, но кто тогда внимание на это обращал. А уж после, как вернулась, трактористом работала, штурвальным на комбайне, копнителе — досыта пыли «наелась». Работали, сколько свет позволял. Как уж совсем «хоть глаз выколи» сделается, так конец работе. Падала без сил. Домой неделями не ходила, прямо в комбайне и спала — рассветет маленько и опять по новой. А волков в ту пору сколько было! Спасались от них палками да огнем. Сейчас вот, видишь, от крыс не убереглась.

Крысы в доме Павленко — явление постоянное, в стенах то тут, то там их норы. Повсюду разложена отрава, расставлены ловушки.

– Чем только не травили, не помогает, — вздыхает Валентина — бегают по дому уже не только ночью, но и днем. Одолели. А в праздник мужской, 23 февраля, бабушка на кровати сидела, одеялами грелась, одна накинулась на нее, в нескольких местах руку прокусила.

Рабоче-крестьянской сноровки Надежда Исаевна не растеряла — так в руке крысу и задавила. Сама удивляется:

– И откуда только силы взялись. Видать, есть у меня еще здоровье, может поживу.

По словам местного фельдшера Людмилы Ушаковой, Надежда Исаевна последние лет десять в больницу не обращается, только отказы от лечения, обследования подписывает. Как выяснилось, лечится сама пиявками да касторовым маслом. После укуса крысы дочь настояла, вызвала медика. А крысу эту, задушенную, в пакет положила и по инстанциям пошла, по тем же, что два года до этого ходила — помощи для матери просила.

– Начальники местные на дохлую крысу реагировали по-разному, как я поняла, в зависимости от занимаемой должности — чем выше, тем равнодушнее. Василий Ермаков, глава поселения, прямо на месте подпрыгнул и секретарше своей команду дал список документов мне выдать, чтобы мать признать нуждающейся в улучшении жилищных условий. Раньше не давал, а тут сразу. А замглавы района Сергей Воронин, видать, с крысами общается чаще — ни один мускул у него не дрогнул, как будто я перед ним книжку какую неинтересную положила. Впрочем, как и санэпидстанция сказала, что по частным квартирам не ездят, если только это не массовое нашествие, а на одну старушку напали — не повод для беспокойства.

Валентина начала собирать документы, уже четыре раза была в райцентре, обошла необходимые инстанции, расположенные на разных концах районного поселка. Справки везде платные: юстиция, ЦТИ, паспортный стол. На сегодня пенсии кончились и у бабушки, и у немолодой дочери. Надежда Исаевна перед выбором: оплачивать справки, поездки в райцентр своей дочери, которые из-за неграмотной консультации местных специалистов пришлось совершать неоднократно, или купить топливо для печи.

– Самой бы поехать, у меня, как ветерана труда, проезд бесплатный, — говорит она, — да не могу, силы уже не те. Да и стыдно мне перед молодыми, что так живу. Побелим маленько, да майские будем встречать — праздник большой. Теперь уже и на лавке теплее. Спасибо, дожила. Может, и до мая дотяну.

Глава администрации Харламовского сельского поселения Василий Ермаков рассказал корреспонденту РП, что в поселении есть возможность предоставить Надежде Павленко по договору социального найма жилое помещение из муниципального жилого фонда — небольшая комната в бывшем детском саду, закрытом за ненадобностью в начале девяностых. Без ремонта и благоустройств — на них в поселении денег нет.

Клуб путешественников и «сепаратистов» Далее в рубрике Клуб путешественников и «сепаратистов»«Русская планета» вспоминала, в честь каких известных омичей названы улицы города Читайте в рубрике «Титульная страница» Об «убийцах» Дмитрия Марьянова и Константина СарсанииСмерть знаменитого актера и футбольного функционера вызвала вопросы Об «убийцах» Дмитрия Марьянова и Константина Сарсании

Комментарии

Авторизуйтесь чтобы оставлять комментарии.
Интересное в интернете
Дискуссии без купюр.
Читайте «Русскую планету» в социальных сетях и участвуйте в обсуждениях
Каждую пятницу мы будем присылать вам сборник самых важных
и интересных материалов за неделю. Это того стоит.
Закрыть окно Вы успешно подписались на еженедельную рассылку лучших статей. Спасибо!
Станьте нашим читателем,
сделайте жизнь интереснее!
Помимо актуальной повестки дня, мы также публикуем:
аналитику, обзоры, интервью, исторические исследования.
личный кабинет
Спасибо, я уже читаю «Русскую Планету»